Оштинские минеры. Петр и Григорий Манойловы.

ПЕРВОЕ МЕСТО

Оштинские минеры

Петр Манойлов, студент 5 курса ВГУ;

Григорий Манойлов, учащийся 10 «а» класса средней школа №30 г. Вологды;

ВСТУПЛЕНИЕ

В годы Великой Отечественной войны Вологодская область была ближайшим тылом для фронта. Отсюда везли на фронт вооружение, боеприпасы, питание, а с фронта – раненых, с Ленинграда блокадников.

И только на северо-западе области, в Оштинском районе (нынешний Вытегорский район) фашисты зашли на территорию. Ошта – единственное место в Вологодской области опалённое войной. С октября 1941 года по июнь 1944 года фронт проходил по селу, враг не сумел продвинуться дальше ни на один километр. Село Ошта было полностью разрушено.

Ошта – в настоящее время одно с крупнейших сёл Вытегорского района (64 км от Вытегры), в годы войны была райцентром. До войны в селе Ошта проживало 3300 человек, в настоящий момент 2500 человек.

После того как в июне 1944 года Ошта была освобождена от финских фашистов, началась героическая эпопея разминирования Оштинской земли.

Минеры

С октября 1941г. по июнь 1944г. шли упорные бои на Оштинской земле. Но и после того, как сражения под Оштой прекратились, мирная жизнь не сразу вошла в колею.

Около 120000 смертоносных снарядов находились в земле. Впереди была эпопея Оштинского разминирования.

И вот на такую смертельно опасную работу были мобилизованы совершенно молодые люди – юные минёры – в большинстве своём девчата.

Преодолев все трудности, лишения, они совершили подвиг, как солдаты в бою.

По разному сложились жизни бывших минёров, сегодня они живут в Москве и С-Петербурге. На территории Вологодской области ныне проживают пятеро минёров, с четверыми нам удалось встретиться в сентябре 2004 и записать их воспоминания.

Руководствуясь постановлением ГКО от 19.01.44г. «О разминировании местности, освобождённой от противника», Обл.исполкомом было принято решение о формировании команды из 144 человек из Оштинского, Вытегорского, Кирилловского, Белозерского, Шольского и Андомского районов. Обучали курсантов по направлению от производства в д. Коштуга по 70 – часовой программе ОСОАВИАХИМа СССР, а для инструкторов – минёров была предусмотрена 300 часовая программа.

Первая группа минёров приступила к работе с 26 июня 1944г., обучившиеся во вторую очередь – с 15 сентября.

За две недели было обнаружено и обезврежено 4900 мин.

В период с 26 июня по 20 ноября 1944 г. был разминирован плацдарм размером в 48 кв.км. За этот период были обезврежены 27266 мин, в том числе 16684 противотанковых и 10582 противопехотных.

Весной и летом 1945г. нужно было разминировать 54 кв.км. бывшего переднего края, где числились по предварительным данным 69270 мин.

После проведения пяти дневной учёбы по 40 часовой программе ОСОАВИАХИМа команда бойцов – минёров в количестве 110 человек 29 апреля 1949 продолжила работы по разминированию. С 6 июня приступил к работе 105 сапёрный батальон Беломорского Военного Округа в количестве 124 человек. Сезон 1945г. завершён 13 октября. Команда проверила 78 кв.км., разминировала 48 минных полей, в том числе 16 наших и 32 финских.

Были обезврежены 25204 мины, более 2000 артиллерийских снарядов, гранат и т. д. Военные сапёры очистили 28 кв.км., обезвредив 28912 взрывоопасных предметов.

Всего же за три года было разминировано 400 минных полей, обезврежено 120000 взрывоопасных предметов, собраны сотни единиц оружия.

Погибли при разминировании:

Гребнёва Роза

Еринова Надежда

Есин Александр

Кипрева Мария

Новожилова Таисия

Панфилова Евгения

Пашкова Мария

Пегунин Пётр

Пелёнин Виталий

Потапова Лидия

Попов Вячеслав

Харитонова Александра

Минёры проживающие в с.Оште:

Васильева Мария Пименовна

Еринова Александра Васильевна

Малафеева Анастасия Фёдоровна

Маркова Екатерина Дмитриевна

Мартынова Зинаида Андреевна

Мошникова Окулина Степановна

Сидорова Зоя Григорьевна

Сикомас Валентина Николаевна

Титова Татьяна Фёдорова

Васильева Мария Пименовна (1921г.р)

Адрес: Вологодская обл., Вытегорский р-н.,

с. Ошта, ул.Энергетиков, д.7

Повестку получила летом 1944г. Вначале получила похоронку на мужа, брата – они оба погибли на фронте. Отец работал на сплаве, а я ему помогала, пошла вместо него получить зарплату на сплавщиков за 35 км., вернулась – а там повестка, мать плачет. Собралась и 65 км. пешком до Ошты (жили мы тогда в Нажмозере) шла одна, так как больше из деревни никого не призвали.

На командном пункте записали в список, поучили три дня и оправили на мины. На разминировании была 3 года – 1944,45,46. Утром – построение, получили задание – и на минное поле. Было, конечно, страшно. Жили в землянке, работали в паре с Демидовой Клавой. Я – с наушниками, Клава с миноискателем. Однажды нашли мину, она не обезвреживается, вероятно заржавела. К нам подошла командир отделения Шура Харитонова. Нам велела отойти, а сама стала обезвреживать, хрясть – и взрыв, от Шуры только куски полетели. Голова, руки, ноги – отдельно, но, когда подошли, тело ещё живое, трясётся, без головы. Нескольких командиров сильно ранило. Взводный командир Адьян шёл с наушниками и миноискателем по минному полю, не заметил шрапнельную мину, она взорвалась – он упал, 15 минут лежал, пока мы проход сделали и его вынесли и отправили в Вологду в госпиталь. Второй командир был после немецкого плена (не помню, как звали). Он наступил на мину – ему ногу оторвало, стал падать, ещё задел – руку оторвало (шрапнельная похожа на литровую банку, может несколько взрывов дать) девчата, 8 человек, его 3 километра на руках тащили до госпиталя, а оттуда его тоже отправили в Вологду. В соседнем взводе были девочки из детдома, так тоже подрывались.

В 1945г.была награждена медалями «За отвагу», «Отличный минёр».

После войны работала сплавщиком в Кедре. Потом дети маленькие были – переехала в Ошту. Работала на стройке, потом в леспромхозе. Воспитала двух детей.

Мартынова Зинаида Андреевна (1925г.)

Вологодская обл., Вытегорский р-он.

Оштинский с/с, д.Симоновское

Наша семья жила в Тарозеро. Когда фронт подошёл близко, нас эвакуировали в село Пёлковское (в 30км. от Ошты). В 1945г. отец вернулся с фронта, а меня забрали на разминирование. Как сейчас помню, в воскресение сели мы всей семьёй кушать, а двоюродный брат принёс из сельсовета повестку, что забирают на разминирование меня и Таню Артюшину (сейчас её нет в живых). Отец пошёл меня провожать. Он, фронтовик, не удержался и заплакал, сказал: «Дочка, помни, что для минёра главное – внимание. Это тебя спасёт.»

Всего нас собралось 140-150 человек. Вначале жили в землянках, потом когда потеплело, перебрались в палатки, а чуть позже построили дом, там же размещался и штаб с красным уголком. Десять дней нас учили, затем отпустили домой, а потом повесткой снова собрали и отправили на мины. Утром, когда на работу идём, – слёзы на глазах, а придём поужинаем – и плясать. Командиры были у нас очень хорошие. Первым был Иван Трофимович Васькин. Когда его перевели командиром стал Николай Егорович Блинов. Нам с Клавой Демидовой поручили разминировать минное поле (предположительно 40 мин). Три мины мы сняли, а потом он отправил нас с девчатами в командировку, а сам продолжил это разминирование – и подорвался. Мина – 340 шариков и стакан осколков, 2 усика. Последний командир (не помню как звали) был из плена, сам молодой, а волосы все седые.

Меня за хорошую работу отпускали по 3 раза за лето домой, на 4-5 часов каждый раз. Одежда на нас была вся своя, но от таких условий работы она очень быстро изнашивалась. Однажды нашли несколько пар новых финских сапог из хорошей кожи, правда 40-последнего размера, но наши сапожники переделали их нам – получилась очень хорошая обувь.

Иногда девушки подрывались на минах. За речкой подорвалась Тося Ионкова, Климакова Надя тоже подорвалась. Помню когда её хоронили, сестра очень сильно плакала (она инвалид была – на протезе)

У нас в отряде было две специализации: минёры – находили и обезвреживали мины, подрывники – взрывали обезвреженные мины в куче и уничтожали не подлежащие разминированию мины (заржавевшие, с «сюрпризами» и т. д.)

В 45-46гг. мы находились на разминировании. Платили нам по 450 рублей, 300 – на руки, а 150 – на питание. Кормили нас два раза в сутки – 600 гр. хлеба и суп картофельный со шкурками, мы его называли «баландой». Зато минёров отпускали после разминирования из любого сельсовета в город на учёбу или работу, что по тем временам было совсем не плохо.

Ещё раз хотела бы сказать, что командиры нас очень берегли и жалели. Каждый вечер на построении хвалили тех, кто хорошо поработал и ругали провинившихся (тех, кто работал, нарушая инструкцию). От соблюдения этих инструкций зависела наша жизнь. В основном все подрывы происходили от того, что девушки уставали и теряли внимание или же пытались разминировать заржавевшие мины, которые оставлять нужно подрывникам, пометив флажком.

Если человек по состоянию здоровья не мог находиться на разминировании, то его освобождали от этого. Одна девочка из Кедры была с очень плохим зрением – её отправили домой.

Нам разрешали звонить в свои сёла на почты, так мы общались с родственниками.

Мы разминировали и советские, и финские минные поля. Финны всегда устанавливали мины в шахматном порядке. Перед отступлением они наставили много сюрпризов: мины под минами, мины с 5 усиками, заминировали картофельные поля, огороды ( которые они третьего года исправно сажали).

После войны я четыре года работала на лесоповале, потом когда стадо коров вернули из эвакуации (из Вологды), меня послали работать телятницей.

Это было очень трудное время. В Шимозере была на валке леса, температура – 45 градусов мороза, ноги в сапогах отморозила, дошла до дому; мать кипятком сапоги облила, только потом смогла снять и стала мне ноги спасать. Валенок не было, хотели в колхозе подошвы взять – подшить (голенища у нас были), так там подошв не было.

После войны вышла замуж, родила троих детей, которые живут в Вытегре и Оште.

Награждена медалями: «За доблестный труд»«Отличный минёр»

Сидорова Зоя Григорьевна (1924г.р)

Адрес: Вологодская обл. Вытегорский р-н.,

с.Ошта, ул. Заречная д.1

Родилась и жила в д. Кондоша. В мае 1941г. была направлена на курсы киномеханика, в июне началась война. Призвали на оборонные работы, две недели копали окопы, потом возили в Ленинград в баню, потом снова на окопы. Как замкнулось кольцо блокады, нас уже никуда не отправляли, жили на 125 грамм хлеба. Жили в бомбоубежище, трубы лопались без отопления.

Мы все ослабли, когда стали эвакуировать нас на саночках до машин везли. По дороге жизни ехали, Видели как девушки-регулировщицы стояли по щиколотки в воде. Потом нас погрузили в теплушки, начались дизентерия, тиф. Трупы снимали на каждой станции.

В Череповце выгрузили, отставили на карантин, нам с подругой удалось уйти. В Белозерск поехали на попутной подводе с бензином, военные никому не велели говорить, что мы из Ленинграда, иначе бы отправили обратно в карантин. В Белозерске остановились у хорошей хозяйки, она никогда не видела блокадников, а мы были такие тощие, измученные, что она решила нас получше покормить, дала по 3 печёных картошки, молока (чего ни в коем случае нельзя было делать). Нам с подругой стало очень плохо. Я думала, что, умру и написала прощальное письмо маме, что похоронена не в Ленинграде, а в Белозерске, но ничего – выжила. Подруга осталась в Белозерске, а я стала пробираться в Вытегру. Ехала на машине с мешками муки, везли расконвоированные, сделали мне карточки, накормили. Главное, просили не говорить,что с Ленинграда, – там эпидемия. В Вытегре встретила девушку – одноклассницу. Все на меня смотрят: дивятся какая тощая, заморенная, как старушка, там блокадников не видели. У меня в Вытегре двоюродная сестра, её вызвали, а она меня не признала, только когда я ей паспорт показала, поняла, что это я.

Маме сообщили, что жива, забрать надо, а она в обморок упала, потому что думала – я в Белозерске умерла (письмо моё получила). Мама на следующий день приехала, укутала, привезла в санях. Дома на печь посадили, ноги отказали. На печи сидела, акушерка (единственный медик в деревни) посоветовала на день мне оставлять кружку молока и растворять в нём ложку толокна. Мне же очень есть хотелось. Слезть я не могла, так рукой дотягивалась до лука, что мама у печки подвесила, да и съедала по луковице за день. Ветврач (Алексей Сёмин) принёс настой ноги в бане растирать. Потихоньку помогло. К весне стала выходить на завалинку. Мне дали карточку на 200 грамм хлеба. Еле – еле начала ходить в магазин. Тут мне пришла повестка, нужно было 12 дней бесплатно отработать на строительстве военной дороги. Видя моё состояние, мне поручили самую лёгкую работу – сидеть на телеге с песком и управлять лошадью. Два дня отъездила, потом повестка на работу в запань. Было голодно, стали рыжики солить и есть – заболели дизентерией. Положили в Мегре на 40 дней в больницу, потом – домой, и снова – дизентерия, положили в больницу в Оште, ещё 40 дней, потом – снова домой. Окрепла, через некоторое время отправили в Коштугу – крутить кино.

В 1945г. зимой с аппаратурой переехали в Мегру. Зашла в сельсовет отметиться, а там повестка на разминирование, а в ней такие слова: «За отказ – ревтрибунал». К тому времени отряд уже действовал, были убитые и раненые. В то время мне было 20лет.

Прошла курсы на «отлично». Было много девушек с других сёл. Поселили в начале в земляке, потом в дом, и штаб туда переехал. После учёбы пошли с щупами. Командиром роты у нас была Тамара Котовская из Вытегры, батальонный – Карпов. Были и жертвы. Погибла Лиза Нестерова из Белозерска, на следующий день – Маруся Кипрова – не довезли до госпиталя. Обе девушки подорвались на ПОМЗах натяжного действия на одном минном поле (противопехотные мины). Работали всё лето 45г. до самых заморозков. В 46г. вернулась к мирной жизни, работала киномехаником в Оште 43года и 7 месяцев. Воспитала двоих сыновей и дочь.

Звания «Житель блокадного Ленинграда»

«Отличник кинематографии СССР»

«Лучший киномеханик области» и другие.

Сикомас Валентина Николаевна (1925г.р.)

Адрес: Вологодская обл., Вытегорский район,

с. Ошта, ул.Набережная, д.2

Прошло 60 лет после Великой Отечественной войны, а мы всё вспоминаем военные годы. Они запомнились на всю жизнь. Мне было 15 лет, когда началась война. Я проводила на фронт старшего брата (1922г.р.) и отца. Брат не вернулся, пропал без вести.

В 1942г. я была отправлена на строительство дороги из Шимозера на Пяжозеро и Бабаево. Дорога строилась для перевозки военной техники и других грузов для фронта. В 1943г. нас, комсомольцев, отправили на уборку хлеба в Нижнюю Водлицу. В 1944г. я получила повестку явиться в сельсовет, и в ночь отправилась в Ошту.

На Оштинской земле фронт стоял 999 дней и только в 1944г. Раскаты войны стали отходить дальше на север. Но она не спешила расстаться с Оштинской землёй – всюду оставила мины и снаряды. Война уничтожила все постройки, деревья только трава была в рост человека и перекатывалась тихими мирными волнами. Только это спокойствие было обманчивым., всюду таилась коварная смерть. Перед комсомольцами, прибывшими в Ошту, стояла задача очистить – Оштинскую землю от мин.

Около 140 девушек прошли 70 часовую программу по разминированию и приступили к работе. Жили мы в землянке по пятнадцать человек, распорядок был такой: в 6.00 – подъём, построение, политинформация, завтрак. В 7.00 – на работу, ходили строем с песней. Кормили нас шикарно: 600гр. хлеба и два раза – утром и вечером похлёбка, которую называли баландой.

Помню свой первый день: дали нам щупы (это двухметровая палка с металлическим наконечником). Подошли мы к минному полю, и встали мы вдоль дороги. Наш начальник разминирования И.Т. Васькин и командир-минёр Слава Попов решили показать новичкам, как проходит разминирование. Первая же мина взорвалась. Двоих наших девчонок взрывом отбросило с дороги, а командира ранило. Его отправили самолётом в госпиталь в Вологду. Мы, минёры – девчата, в таком состоянии были в ту минуту: кто плакал, кто кричал и убегал по дороге.

Но Васькин остановил всех, отправил в расположение, смог успокоить.

Не легко был начальнику с нами после несчастных случаев, но старались успокоить нас. Васькин брал гармонь и дежурных всех оправлял в клуб, где мы – молодые могли забывать плохое, поднимали нам настроение. Работы минёра очень опасная, здесь знает каждый, малейшая ошибка – смерть. Вспоминается, в этом же году мы были отправлены осенью в Жабенцы, на берегу Онежского озера, на разминирование устья р.Ошта. Минные поля были на болоте, сверху вода в болоте до пояса – холодная, трава высокая, а мины «помзы» натяжного действия осколочные «чугунки» в траве не видно проволоки. На этом минном поле мы потеряли медсестру Надю Ерехову, тяжело ранило старшину и сержанта, с трудом вынесли их с минного поля.

Очень трудным был год 1944. Много потеряли минёров, чем ближе подходили к переднему краю, тем сложнее было снимать мины, но всё же минёры с задачей справелись. В апреле 1945г. меня, Маркову Женю и Веселкова Сеню отправили учиться в Москву на курсы инструкторов – минёров. Мы встретили День Победы в столице нашей Родины.

Окончив курсы мы приехали на разминирование Ошты, проводили инструктажи перед работой на минном поле.

За работу нас наградили медалями:

«За доблестный труд»

«Отличный минёр»

Прошло 60 лет, а память не стирает прошлого. Разве можно забыть тех погибших на фронте девушек? Со словами воспоминания я ни раз выступала перед учащимися, они меня слушали с большим вниманием. Дети должны обязательно знать обо всём этом и хранить в памяти дорогие нам имена.

Горячая Мария Ивановна

Адрес: г. Санкт-Петербург

ул. Бухарестская, д.913, кв.12

Минёр. Участница Оштинского разминирования. Поддерживает связь с боевыми подругами. Написала стихотворение, посвящённое девушкам – минёрами.

Сердце помнит

О давние, грозные годы –

Война нам на плечи легла.

Так вспомним, девчата, походы,

И Ошту и мины в полях.

Мы молоды были годами,

Но волей и духом сильны.

От мин мы поля очищали,