… Недовольство властью в российском обществе никуда не делось. И плотина рано или поздно прорвется — пусть не в вопросе пенсионной реформе, так в другом месте. Экстренно сворачивая сейчас обсуждение реформы, Кремль рискует нарваться на еще более неприятный протестный сценарий. Который может критически совпасть с периодом завершения президентства Владимира Путина, и началом этапа передачи верховной власти.
— Результаты выборов 9 сентября и вторых туров 23 сентября подталкивают власть к поспешным действиям, — считает секретарь ЦК КПРФ, доктор политических наук Сергей Обухов. — Кремль не видит альтернативы грабежу граждан — в результате реформы им залезут в карман на 3 трлн. рублей, и только 600 млрд. вроде бы вернут. Разговоры в правительстве, что нужно раскулачить металлургов и другие олигархические группы, так и не перешли в практическую плоскость. И прежде всего потому, что гораздо легче обобрать простых и нищих россиян.
Распорядившись ускорить принятие законопроекта о пенсионной реформе, Кремль рассчитывает поставить население перед фактом. Рассчитывает, что люди примут новые правила игры как данность и успокоятся.
Должен сказать, наш народ обживает любую негативную ситуацию — обживает и учится выживать. Думаю, обживет и ситуацию пенсионного грабежа. Но без сомнений, это негативно скажется и на рейтинге власти, и на роли политической системы. Более того, это ускорит дефолт харизмы Владимира Путина.
«СП»: — Что следовало бы сделать для спасения рейтинга Путина?
— Достаточно было, я считаю, отозвать пенсионный законопроект. Тогда в глазах населения глава государства снова оказался бы «отцом родным». Рассуждали бы люди примерно так: «Да, привкус остался — он попытался вместе с либералами залезть в наш карман. Но ведь одумался — мы его простим».
Но вышло по-другому. Полагаю, путинское окружение не дает ему сманеврировать и отступить. По сути, окружение делает Путина своим заложником.
«СП»: — Какими будут последствия нынешнего решения?
— Думаю, последствия проявятся в течение ближайших трех месяцев. И они непредсказуемы. По сути, Кремль загоняет огонь под землю при торфяном пожаре. И теперь этот огонь может вылезти где угодно.
Это могут быть новые беспорядки на межэтнической почве, как было в Западном Бирюлево, или взрыв газопровода, или пожар на объекте инфраструктуры. Но в результате ситуация, что называется, рванет.
По моим ощущениям, сейчас на дворе 1989 год — по расконсолидации элиты и необдуманным шагам абсолютной власти. Вроде бы только-только прошли президентские выборы 2018 года, по результатам которых выходит, что почти 77% населения любят своего президента. Но надо понимать: Путина любят именно как защитника народа. Пенсионная же реформа перемещает главу государства в условный стан тех, кто шарит в карманах людей. А как известно, от любви до ненависти в России — один шаг.
В 1989-м всенародная любовь сограждан к Михаилу Горбачеву, напомню, сгорела как раз за три месяца. И боюсь, мы стоит на пороге похожих событий.
Да, сегодня система власти еще контролирует ситуацию. И ничего страшного для нее в Хабаровске и Владимире не произошло: люди избрали спойлеров, но система их приручит и выдрессирует.
Если же Кремль попытается наказать КПРФ и ЛДПР за эти выборы, он вытолкнет протест в несистемное поле. В этом случае можно будет констатировать, что структуры, которые занимаются политическим планированием, все меньше дружат со здравым смыслом.
На мой взгляд, пока у Кремля и его структур — ожоговая реакция. И в логике этой реакции они совершают все новые ошибки.
«СП»: — Увидим ли мы в ближайшие три месяца рост уличных протестов?
— Острота пенсионной проблемы уходит — это очевидно. Люди, повторюсь, обживают эту ситуацию. Но проблема никуда не ушла. Возможно, недовольство властью перейдет в латентные формы. Но будет достаточно любого другого повода, чтобы эти настроения вырвались наружу.
Надо понимать: когда людей ставят перед фактом, это куда страшнее, чем продолжение с ними обсуждения, пусть и неприятного для власти. Когда народ отказываются выслушать, в нем накапливается раздражение. И это чрезвычайно опасно.
Как показали последние протесты по вопросу пенсионной реформы, масштабы акций несколько сократились. Но публика на них, без сомнения, была более радикализированной.
Если именно такой радикализации добивается Кремль — он двигается в верном направлении.
