Эту возможность в полной мере и с особой пунктуальностью использовал доктор технических наук, профессор В.В. Литвиненко.
Партия «Единая Россия» («ЕР»), образованная 1 декабря 2001 года, получила большинство депутатских мест в Государственной думе на выборах 2003 года. С тех пор партия позиционирует себя в качестве «партии конкретных дел», партией, «ответственной за все происходящее в стране». Ну и каковы же результаты «конкретных дел» «ЕР» в главной опоре страны – экономике – за 12 лет подавляющего преобладания партии в Государственной думе и во всех властных структурах? Бесстрастные цифры Росстата, характеризующие реальное состояние российской экономики в 2003–2014 годах (см. таблицу), рисуют следующую картину.
Во-первых, реальная экономика страны за 12 лет властвования «ЕР» так и не дотянула до уровня «дореформенного» 1990 года. Только по двум показателям – добыче нефти и газа – 2014 год превзошел 1990 год, и то лишь на жалкие 0,3% и 1,9% соответственно. Большинство показателей (14 из 24) реального состояния экономики не достигли даже половины уровня 1990 года. Причем важные показатели производства продукции машиностроения колеблются от 0% (автоматические и полуавтоматические линии) до ничтожных 0,4–1,3% (ткацкие станки и металлорежущие станки с программным и числовым управлением). В ряде промышленных отраслей произошло снижение производства даже по отношению к 2003 году: уменьшилось производство металлорежущих станков, автоматических и полуавтоматических линий, бульдозеров, тракторов.
Во-вторых, в течение всего времени пребывания «ЕР» у власти развития экономики не было. Только в 7 отраслях был незначительный прогресс, в 6 отраслях – устойчивый регресс, а в остальных 11 отраслях – колебания по принципу «шаг вперед, шаг назад». В целом – «бег на месте».
В-третьих, сложился опасный перекос в занятости населения страны. По сравнению с 1990 годом, численность работников, создающих материальные ценности (занятых в промышленности и сельском хозяйстве), к 2014 году сократилась в 1,7 раза, зато число тех, кто ничего не производит, резко возросло: торговцев – в 2,1 раза, управленцев – в 2,3 раза, а финансистов стало даже в 3,3 раза больше.
При такой беспомощной экономической политике удерживаться «ЕР» у власти 12 лет позволили, по моему мнению, два обстоятельства – высокие цены на нефть и беззубая внешняя политика, существование России в мире «без претензий», на правах сырьевой колонии.
Но обстановка резко изменилась после обрушения цен на нефть и бандеровско-фашистского переворота в Киеве. Юридически безупречные, логичные и абсолютно справедливые действия России по защите своих национальных интересов Запад воспринял как дерзкое покушение на его владычество в мире и использовал в качестве повода для объявления очередного «дранг нах остен» (не дают покоя Западу наши природные богатства).
С подобной ситуацией страна уже сталкивалась на рубеже 30-х годов прошлого века. Сложившееся тогда положение лаконично и четко охарактеризовал Сталин в речи, произнесенной в феврале 1931 года на I Всесоюзной конференции работников социалистической промышленности: «Мы отстали от передовых стран на 50–100 лет. Мы должны пробежать это расстояние в десять лет. Либо мы сделаем это, либо нас сомнут».
Сталинская команда эту задачу успешно решила: через десять лет Гитлер попытался не просто смять, а уничтожить СССР, но ему это не удалось: в 1941 году он столкнулся не со слабой аграрной страной, а с мощной индустриальной и военной державой. Гитлеровский «дранг нах остен» потерпел сокрушительное поражение.
Сегодня ситуация, пожалуй, даже хуже, чем та, что была в 30-х годах прошлого века. Если тогда притязаниям гитлеровской Германии на мировое господство противодействовали другие западные страны, то сейчас Запад практически монолитен в стремлении смять Россию. Момент опасен еще и тем, что Запад сам-то воевать с Россией не собирается, он кропотливо взращивает пушечное мясо для «дранг нах остен» на прилегающих к России территориях. Весь послесоветский период Запад натравливает на нас соседей, совсем недавно бывших друзьями. Ему удалось заразить пещерной русофобией Прибалтику, Польшу, Украину и Грузию. Эти страны уже готовы к походу на Россию. Над насаждением русофобии в других бывших республиках СССР и странах Варшавского договора Запад интенсивно работает.
Обезумевшие вассалы Запада понимают только силу и только с силой считаются. Сдержать и усмирить их может только щит мощной индустрии страны. Ясно, что снова для России жизненно необходим индустриальный прорыв, выведение экономики на уровень, адекватный новым угрозам.
Способна ли «ЕР» организовать такой прорыв? Это,
как говорил незабвенный красноармеец Сухов, вряд ли.
Во-первых, итоги предыдущей деятельности партии не дают надежд, что «ЕР» способна справиться с вызовами времени.
В предвыборной программе «ЕР» 2003 года ставилась задача: «Превращение экономики России из преимущественно сырьевой в высокотехнологичную промышленную…». Превращение не удалось.
Предвыборная программа «ЕР» 2007 года провозглашала переход к инновационной экономике: «Ближайшие годы будут решающими для перехода к инновационной экономике». Инновационной экономики как не было, так и нет.
В 2011 году в предвыборной программе «ЕР» объявила цель: «…за следующие пять лет войти в пятерку крупнейших экономик мира». Не вошли: по рейтингам различных международных организаций, Россия в 2015 году занимала лишь 10-е место среди крупнейших экономик мира.
Во-вторых, и в нынешней предвыборной программе «ЕР» никакого экономического прорыва не планируется. В ней повторяется задача 2003 года – избавиться от сырьевой зависимости, причем если в 2003 году «ЕР» энергично провозглашала: «…Следует срочно воссоздать наукоемкие производства… восстановить мировой престиж российской инженерной школы…», то в 2016 году в программной фразе «…промышленность должна стать ключевым звеном избавления экономики от сырьевой зависимости и обеспечения нового качества роста» былого энтузиазма как-то не чувствуется.
В-третьих, «ЕР», объявляя в предвыборной программе новый этап приватизации госсобственности, открыто расписывается в своем экономическом бессилии. Призывая «форсировать продажу убыточных предприятий и других неэффективно используемых государственных активов, что позволит сократить бюджетные расходы на их содержание», «ЕР», по существу, признает, что не в состоянии организовать нормальное управление даже существующими государственными активами. Кроме того, очередной этап приватизации неизбежно повлечет снижение экономической независимости страны, поскольку распродаваемые государственные активы, как это уже было на предыдущих этапах приватизации, в большинстве своем попадут в жадные руки транснациональных компаний.
В-четвертых, «ЕР», как и либерально-болотистые партии, поклоняется «идолищу поганому» – рыночной экономике. Причем стараниями «реформаторов» 90-х годов в России построен вариант рыночной экономики, опирающийся на представления времен Адама Смита: об «открытости экономики», о «свободе рынков не стесняемо движущихся товаров, труда и капитала», о «свободе ценообразования» (нынешний министр экономики Алексей Улюкаев эти мифические догмы восхвалял и отстаивал в статье «Постсоциалистический либерализм», опубликованной в июле 1999 года в приложении к «Независимой газете» – «НГ – Политэкономия»).
На самом деле никакого «свободного рынка» в мире нет (об этом, кстати, в 90-х годах прошлого века говорил знаменитый американский экономист, нобелевский лауреат Джон Кеннет Гэлбрейт). Рыночная часть мировой экономики давно уже отстроена и отрегулирована. Она представляет собой пирамиду, в которой выгоду имеют только страны, ее создавшие. А для всех остальных уготована лишь доля баранов, которых непрерывно стригут. Россию весь постсоветский период беззастенчиво «стригли» и продолжают «стричь» различные иностранные «инвесторы». Тем не менее «ЕР», судя по речам ее лидера, в экономике страны кардинально ничего менять не собирается.
На мой взгляд, в нынешних условиях сохранение в России существующего экономического курса – это постепенное закутывание страны в саван с последующим перемещением на погост. В лучшем случае – униженное прозябание в мировом экономическом гетто под бдительным и жестким контролем транснациональных корпораций.
Меня, как избирателя, такая перспектива совершенно не устраивает, и это исключает возможность голосования за партию «Единая Россия». Голосовать нужно за тех, кто предлагает коренным образом модернизировать российскую экономику, совершить индустриальный прорыв, создать способную противостоять любым внешним угрозам экономику будущего (в ней, конечно, найдется место и рыночной составляющей, но то, которое она действительно заслуживает: пятое-десятое на заднем дворе). Из всех парламентских партий только КПРФ предлагает коренное переустройство экономики. Поэтому нужно, не обращая внимания на громадный административный ресурс партии «Единая Россия», на сладкие речи ее функционеров, идти и голосовать. Спокойно и уверенно – за КПРФ и ее представителей, баллотирующихся в одномандатных округах.
