Набиуллина Э. С., Председатель Центрального банка Российской Федерации:
– Добрый день, уважаемые коллеги, уважаемый Вячеслав Викторович!
Сегодня я в соответствии с Законом “О Центральном банке” представляю наш годовой отчет за прошлый год. И перед тем как перейти к докладу, хочу поблагодарить все фракции и профильные комитеты за работу по рассмотрению нашего отчета. Это был открытый и непредвзятый диалог.
Помимо встреч, мы получили от депутатов свыше ста письменных вопросов, на каждый постарались дать максимально полные ответы и по существу.
Главные вопросы, которые мы обсуждали при рассмотрении отчета, были связаны и с денежно-кредитной политикой, с развитием финансового сектора, платежей, много вопросов было и по финансовым мошенничествам, но начну с того, почему жесткая денежно-кредитная политика, почему денежно-кредитная политика остается жесткой, и как это влияет на экономику.
Я напомню, мы с сентября 2022 года десять месяцев держали ключевую ставку на уровне 7 с половиной процентов. И вместе с мерами правительства это сильно помогло экономике восстановиться.
Когда восстановление завершилось, и начала быстро расти инфляция, мы повысили ключевую ставку на 8 с половиной процентных пунктов. И осенью было много опасений, мы с вами обсуждали это, что повышение ключевой ставки ставит крест на развитии экономики. Но мы видим, что это не так.
В IV квартале экономический рост немного замедлился, но оставался значительным.
По итогам года ВВП вырос на 3,6 процента. И сейчас оперативные индикаторы показывают, что в первом квартале этого года экономика продолжает расти высокими темпами.
Наш мониторинг предприятий, напомню, что мы опрашиваем 13-14 тысяч предприятий по всем регионам каждый месяц, по всей стране, он показывает, что бизнес активно строит планы по расширению производства. Индекс бизнес-климата, по свидетельству самих же предприятий, сейчас на 12-летнем максимуме. Главное, что поддерживает оптимизм бизнеса – это внутренний спрос и ожидание, что он будет расти и дальше.
Жёсткая денежно-кредитная политика как раз направлена на то, чтобы давление на экономику со стороны спроса не было избыточным, не было разрушительным для роста. Это можно образно сравнить с марафонским забегом, где очень важно правильно распределить силы на всю дистанцию. Слишком быстро растущий спрос заставляет экономику бежать за ним всё быстрее и какое-то время она это может делать на пределе возможности, но ценой будет зашкаливающий пульс, иначе говоря, ускорение инфляции, а затем, вполне вероятно, замедление или даже остановка роста экономики, когда её силы будут исчерпаны.
Да, предприятия сделали значительные инвестиции в расширение и автоматизацию производства и продолжают их делать. Это в том числе ответ на рост дефицита кадров и рекордную загрузку производственных мощностей, но чтобы инвестиции превратились в рост производства товаров и услуг, расшивку узких мест в транспортной инфраструктуре, нужно время.
Если производство будет отставать от очень быстрого роста спроса, то цены пойдут вверх, а сам спрос – и инвестиционный, и потребительский, будет всё больше смещаться на импорт. Для импорта нужна валюта, а если экспорт, как в нашем случае, не растёт, то повышенный спрос неизбежно ведёт к ослаблению рубля. И такую ситуацию, когда избыточный спрос выливается и в рост цен, и в ослабление рубля мы наблюдали прошлым летом, на неё мы отреагировали повышением ключевой ставки.
Мы уже видим первые результаты нашей политики, пик инфляции остался позади. Если посмотреть на текущий рост цен, то есть от месяца к месяцу, на слайде вы видите – это серые столбики, то видно, что с июля по ноябрь этот показатель в пересчете на год был двузначным, инфляционное давление было очень сильным, в декабре-январе оно заметно снизилось и сейчас находится около 6 процентов. И если бы мы не повысили ключевую ставку, то инфляция была бы сильно больше тех 7,4 процента, которые мы получили по итогам прошлого года, более того, она продолжила бы ускоряться и сейчас.
И я бы хотела особое внимание обратить на то, что высокой ставкой мы защищаем реальные доходы граждан, это прямой вклад денежно¬кредитной политики в борьбу с бедностью. Инфляция сильнее всего залезает в карманы небогатых людей, в том числе потому цены на товары первой необходимости ускоряются в первую очередь, а таких примеров в прошлом году было достаточно.
Но высокая инфляция – это точно такой же налог на промышленность, как на бедных, большинство предприятий уже ощущает, что рост издержек, который неизбежен при высокой инфляции, кусается даже больше временного увеличения процентных расходов. Об этом говорят и руководители предприятий, а мы проводим много встреч с ними, и наш анализ издержек в обрабатывающей промышленности.
В текущих условиях жесткая денежно-кредитная политика не противоречит развитию экономики, интересам реального сектора, как иногда представляют.
Какие еще результаты повышения ключевой ставки кроме замедления инфляции мы видим на сегодняшний день? В августе произошел важный перелом – начался активный приток денег на вклады, за пять месяцев вплоть до конца года вклады граждан выросли на 5,3 триллиона рублей. Это рекордные темпы. И благодаря высоким ставкам граждане во второй половине прошлого года заработали почти 1 триллион рублей процентов по вкладам. Приток средств на вклады продолжается, и за первый квартал этого года он составил еще почти 2 триллиона рублей.
Дополнительный эффект более высокой ставки, она способствует более стабильному курсу рубля. Курс рубля, конечно, определяется, прежде всего, торговыми потоками, в прошлом году экспорт сократился (вы видите это на слайде), а импорт вырос, курс рубля закономерно снижался, и летом это снижение ускорилось, потому что спрос на импорт возрастал.
На графике валютного курса вы видите отсечку – это повышение ставки 15 августа сразу на три с половиной процентных пунктов до 12 процентов. Это остановило ослабление рубля, хотя потребовалось дополнительное повышение ставки для того, чтобы окончательно пресечь рост инфляционных и девальвационных ожиданий. Сыграли роль и другие факторы, включая рост цен на нефть. Но влияние денежно-кредитной политики, по нашим оценкам, было основным, в том числе за счёт увеличения привлекательности рубля, как средства сбережения.
Ещё один значимый эффект – это возвращение кредита к более сбалансированным темпам роста по сравнению с очень высокими рекордными уровнями прошлого года. За год корпоративный кредитный портфель вырос на 20 процентов или более, чем на 12 триллионов рублей. Объём корпоративных облигаций 4,6 триллиона рублей.
Это финансирование внесло важный вклад в развитие экономики. Эти деньги в том числе пошли на закупку оборудования, замещение внешних долгов, покупку бизнеса у уходящих иностранных компаний, импортозамещение. И вряд ли, имея такие цифры можно говорить о том, что кредит бизнесу недоступен. Ставки выросли. И в начале этого года рост корпоративного кредита начал замедляться, но ни о какой остановке кредитования предприятий, а с ним и развития экономики, речи не идёт.
Да, в этом году рост кредита будет более умеренным, но лишь в сравнении с рекордным темпом прошлого года. К тому же кредит – это дополнительный рычаг. А главный источник инвестиций – это собственные средства компании.
Реальный сектор в прошлом году показал хорошие финансовые результаты. Сальдированная прибыль компании выросла на 35 процентов, превысила 33 триллиона рублей. Это тоже рекорд. Если сравнивать с 2019 годом, с точкой перед всеми испытаниями последних лет, то прибыль выросла в два раза, и даже с поправкой на накопленную инфляцию более, чем в полтора раза. Это означает, что предприятия чувствуют себя уверенней. Высокая прибыль снижает потребность и в заёмных средствах. Но даже при необходимости занимать позволяют это делать и при высоких ставках.
И, кстати, именно в этом масштабе нужно оценивать прибыль банковской системы. За весь прошлый год она была сопоставима с прибылью, которую корпоративный сектор зарабатывал за один месяц.
Банки кредитуют, вносят вклад в развитие экономики, а прибыль позволяет им наращивать кредитование. Это основной источник их капитала.
Что ещё поддерживает кредитную активность? За последние два года сильно выросла доля кредитов компаниям под плавающие ставки. И выдача их в феврале, она составила уже 54 процента.
И, кстати, это говорит о том, что бизнес сохраняет уверенность в том, что мы вернём инфляцию к цели и перейдём к снижению ставки.
Почему же мы продолжаем держать ставку на уровне 16 процентов при том, что инфляция более чем в два раза ниже, чем была на пиках? Этот вопрос депутаты поднимали при обсуждении отчёта. Структурная перестройка экономики сопровождается ростом расходов. И бюджетная политика вносит более высокий, чем раньше, вклад в совокупный спрос через госзаказ, через государственные инвестиции, рост зарплат, льготные кредиты, прямые субсидии. Чтобы это не приводило к постоянному ускорению роста цен, пространство для частного кредита уменьшается. И это означает, что денежно-кредитная политика должна быть более жёсткой.
Мы начнём снижать ключевую ставку, когда убедимся, что замедление инфляции набрало нужную скорость, и инфляционные ожидания приходят в норму.
Что бывает, когда дешёвые кредиты разогревают спрос, а предложение, которое даже растёт, но оно не поспевает, мы видели на примере массовой льготной ипотеки. Рост ипотечного портфеля – на 35 процентов за год, такой рост ведёт и к подорожанию жилья, и к росту закредитованности граждан.
Мы видим, что за последние два года в полтора раза увеличилась доля ипотеки людям с высокой долговой нагрузкой. И в четвёртом квартале прошлого года почти каждый второй заёмщик, 45 процентов, получал ипотеку с перспективой, что на платежи ему придётся тратить более 80 процентов своих доходов.
Продолжал расти и разрыв между ценами на первичное и вторичное жильё. И по итогам прошлого года этот разрыв составлял 44 процента при исторической норме где-то около 10 процентов.
Ускоренный рост цен на жилье в последние годы привел к тому, что и лимит страхового возмещения по счёту эскроу часто уже не покрывает стоимость квартиры.
Поэтому мы предлагаем нам вместе обсудить его увеличение вдвое, по закону это сейчас 10 миллионов рублей, до 20 миллионов рублей.
Пример с ипотекой, на наш взгляд, показателен и поучителен. Меньше всего хотелось бы, чтобы сходные процессы начались бы и в других сегментах экономики.
На базе низкой инфляции доступность кредита будет снова расти, как это уже было, когда мы снизили инфляцию до 4 процентов к 2017 году. Вспомните, что именно тогда, без всяких широких льготных программ, начала быстро расти ипотека. А ставки по ипотеке, по рыночной ипотеке, снижались, люди имели возможность брать её под 8-9 процентов, без господдержки, без дорогостоящих для бюджета субсидий.
И наша цель состоит в том, чтобы кредит снова был одинаково доступен и доступен всем при низкой инфляции и умеренных рыночных ставках.
В прошлом году мы запустили стимулирующее банковское регулирование по тем проектам, которые правительство назвало приоритетными для им портозамещения, для технологического развития. И эти стимулы позволили профинансировать важные для экономики проекты на сумму около 300 миллиардов рублей.
В ваших вопросах вы справедливо отмечали, что потенциал, который мы предусматривали, он значительно больше. Что нужно, чтобы стимулы были использованы в полной мере? Нам кажется важно, чтобы они, как это и задумывалось изначально, плотнее сочетались с инструментами господдержки, то есть, чтобы проект, который соответствует таксономии правительства, приоритетно получал субсидии, налоговые льготы, госгарантии. И будем это обсуждать с правительством.
Для финансирования инвестиций нужны длинные ресурсы для финансовых организаций. Для банков это безотзывные сертификаты, для негосударственных пенсионных фондов – программа долгосрочных сбережений, для инвестиционных фондов – инвестиционные счета нового третьего типа, для страховых компаний долевое страхование жизни. То есть в каждом секторе финансового рынка надо удлинять средства, и меры для этого предусмотрены.
Мы предлагаем вам обсудить и дополнительные стимулы. По рублёвым вкладам от трёх лет, то есть по более длинным вкладам, а также по безотзывным сберегательным сертификатам снизить взносы банков, систему страхования, чтобы они могли по ним предлагать более выгодные условия. И в части длинных денег вкладчиков увеличить лимит страхового возмещения с нынешних миллиона 400 до 2 миллионов рублей, а если вклад оформлен долгосрочным безотзывным сертификатом – до 2,8 миллиона рублей, как об этом сказал Президент в своём Послании Федеральному Собранию.
Мы видим, что рынок капитала становится снова значимым источником ресурсов для реального сектора, возобновились первоначальные размещения акций. Более того, прошлый год по объёмам размещений стал самым успешным для внутреннего рынка за 12 лет. За год число активных инвесторов выросло в полтора раза, приток новых денег на рынок ценных бумаг превысил миллион 300 миллиардов… триллион 300 миллиардов рублей.
С помощью различных мер мы начали решать проблему активов российских инвесторов, которые были заморожены в иностранной инфраструктуре, и по итогам прошлого года восстановлен доступ к активам на сумму свыше 3 триллионов рублей. Эти меры затронули не менее 2 с половиной миллионов российских инвесторов, и мы продолжаем эту работу также вместе с правительством.
Теперь о расчётах и платежах. По итогам прошлого года доля безналичных платежей в розничном обороте превысила 83 процента, напомню, что эта доля в 2014 году была всего 25 процентов. Такой рост говорит о доверии граждан к безналичным платежам, об их удобстве и востребованности. И важно, что, несмотря на все жесточайшие санкции, люди не почувствовали никаких трудностей в платежах внутри страны. Развивается вся линейка платёжных инструментов: это и карты “Мир”, и система быстрых платежей, и собственные платёжные сервисы банков.
В системе быстрых платежей мы снова увидели кратный рост операций. И надо сказать, что переводами через неё пользуется каждый второй житель нашей страны, оплачивает покупки через СБП каждый третий. Совсем недавно этой системы не было совсем.
С начала апреля для банков стал обязательным сервис платежей через СБП между юридическими лицами. И мы видим, что для бизнеса очень важно, что деньги доступны получателю мгновенно и в режиме 24 на 7.
В этом году мы расширим возможности оплаты услуг в бюджетную систему. Например, через СБП можно будет оплатить детские сады, билеты в театр, и люди смогут экономить на комиссиях, так как все платежи через СБП для граждан бесплатные. В наших планах также введение универсального QR-кода, чтобы люди сами выбирали, через какой банк платить.
Обмен финансовой информацией внутри страны перешёл в основном в нашу Систему передачи финансовых сообщений, и внутрироссийский обмен через SWIFT полностью прекращён. СПФС стала гораздо активнее использоваться и для внешних расчётов. Всего к ней присоединились, к
нашей системе, более 1 60 иностранных участников из 20 стран. Кроме того, мы расширяли корреспондентскую сеть с банками из дружественных стран, продолжали создавать условия для расчётов в национальных валютах. В них теперь производится две трети расчётов за экспорт и импорт. Доллар и евро перестали быть основными валютами в российской внешней торговле.
Всё это элементы новой, устойчивой к санкциям инфраструктуры трансграничных расчётов, но еще, конечно, предстоит большая работа с нашими ключевыми партнёрами. Будем обсуждать эти вопросы и в рамках председательства России в БРИКС в этом году.
В августе прошлого года, после того, как были приняты необходимые законы, мы начали пилот с реальными цифровыми рублями. Тестируем базовые операции – это открытие, пополнение цифровых кошельков, переводы между гражданами, оплата, простые смарт-контракты. Мы планируем постепенно расширять круг участников пилота и функционал платформы.
По результатам пилотирования определимся и со сроками масштабирования цифрового рубля, но это по нашим оценкам будет не ранее 2025 года. Уже сейчас с теми странами, которые создают аналогичные платформы, мы ведём диалог возможностей и трансграничных операций в цифровых валютах центральных банков. Здесь, конечно, важна не только техническая готовность, но и политическая готовность.
Столь же активно, как платежи, развивается применение финансовых технологий. Мы видим, что устойчиво растёт востребованность со стороны людей услуг цифрового профиля. За прошлый год граждане стали пользоваться этим сервисом в два раза чаще, они оформили более 30 миллионов кредитов, страховок, других услуг без лишних справок и сложных анкет, пользуясь этой системой.
Мы начали обсуждать и подходы к регулированию применения искусственного интеллекта. Эта технология, мы видим, быстро проникает во все сферы жизни. И мы хотим, чтобы финансовые организации использовали её открыто, но безопасно и ответственно на благо клиентам.
Уважаемые депутаты, я благодарна вам за постоянное внимание к теме защиты прав и интересов потребителей финансовых услуг, борьбы с мошенничеством. И в минувшем году Г осударственная Дума приняла более десяти законов в этой сфере.
Сейчас большое несчастье в Оренбургской области, и мы рассчитываем, что людям поможет закон о кредитных каникулах, который вы приняли в прошлом году. Уже поступили сотни обращений от пострадавших от паводка. На сегодняшний день более 200 кредитных каникул банки успели оформить. Мы рекомендовали банкам рассматривать обращения в упрощённом порядке, понимая, что людям сейчас не до сбора разных справок. Будем внимательно за этим следить и контролировать.
Уже работает закон о полной стоимости кредита. В этот показатель, очень важный для людей, теперь включаются все дополнительные услуги и платежи, которые раньше оставались за кадром, потому что как бы были добровольные. Увеличился период охлаждения, когда можно вернуть деньги за навязанные услуги. Исчезла реклама кредитов с чуть ли не нулевыми, по сути нереальными ставками, которые на деле были обставлены такими условиями,
что стоимость кредита получалась сильно двузначной.
Совсем скоро, с мая, вступит в силу другой закон, который позволит гражданам бесплатно переводить деньги между своими счетами в разных банках. Это, по сути, эпохальное изменение. Закон снимает те искусственные барьеры, которые мешали людям свободно распоряжаться своими сбережениями, и полностью решает проблему зарплатного рабства.
Чуть позже, в июле, заработает новый закон о противодействии кибермошенникам. В частности, он вводит двухдневный период охлаждения для переводов на подозрительные счета. Этот период нужен, чтобы человек мог разобраться, что его обманывают, чтобы отказаться от перевода.
В этом году также принят долгожданный закон о самозапретах на кредиты, с помощью которого любой человек сможет обезопасить себя от оформления на его имя займа.
Хочу сказать, что на всех встречах по нашему годовому отчёту вы поднимали вопросы мошенничества. Нам не удалось пока добиться перелома в борьбе с мошенниками, мы бьём по хвостам. Об этом мы говорили и на комитетах, и на встречах с фракциями.
Два новых закона, которые я назвала, конечно, помогут, но нужно вместе искать и другие решения, и мы договорились более подробно обсудить дополнительные меры с депутатами.
На подходе несколько важных для граждан законопроектов в финансовой сфере. Я скажу о наиболее, на наш взгляд, приоритетных.
Ограничение плавающих ставок в кредитовании. Я говорила о том, что предприятия больше берут таких ставок, но гражданам и микропредприятиям, в отличие от крупных компаний, сложнее оценить все риски. И ставка изначально может быть низкой, привлекательной, но затем существенно возрасти и привести к росту долговой нагрузки для граждан и малого бизнеса, и мы хотим это предотвратить.
Финансовые пирамиды. К сожалению, интерес граждан к инвестициям, активный интерес граждан к инвестициям часто используют мошенники, причём их изобретательность не знает границ. Для запуска очередной пирамиды в Интернете не нужно больших затрат, и поэтому мы считаем крайне важным законопроект о запрете организациям, которые не поднадзорны Банку России, привлекать инвестиции граждан.
Эти законопроекты готовятся ко второму чтению, обсуждаем мы новые инициативы для защиты потребителей.
Вы часто обращаете наше внимание на те или иные недобросовестные схемы продаж финансовых продуктов. Мы с ними боремся и видим определенный результат, в том числе по снижению числа жалоб.
Жалобы на мисселинг (на недобросовестные продажи) сократились в два раза в прошлом году.
Ну весь наш опыт последних лет говорит о том, что нужно все-таки повышать штрафы за нарушение прав потребителей финансовых услуг, чтобы нарушать было экономически невыгодно.
Сейчас во многих случаях это не так, особенно, например, если банк крупный, и для него миллион рублей – это копеечный штраф, не материальный штраф. Миллионы нарушений, мы выявляли такие случаи, и всего миллион, миллион рублей штрафа.
И, на наш взгляд, штраф за обман потребителей, за нечестное обогащение, он должен быть кратно повышен, вплоть до одного процента от капитала, если банк не устраняет нарушения.
У нас применяются такие штрафы в сфере антиотмывочного законодательства, на наш взгляд, они сработали хорошо, деньги банки считать умеют.
Мы также вместе с вами обсуждаем и регулирование рассрочки. Этим рынком граждане активно пользуются, он развивается очень быстро, и за прошлый год он практически удвоился.
Мы отдаем должное удобству рассрочки, но видим недостаточную прозрачность этого сервиса. И здесь нужно найти баланс.
Мы считаем, что вся платная рассрочка, когда гражданин платит за эту рассрочку, должна быть в виде кредита или займа, потому что по сути это кредит и есть, и права потребителя должны быть защищены не хуже, чем права заемщиков в банке.
При этом, конечно, разумно сохранить и пространство для небанковских операторов бесплатной рассрочки, но отрегулировать их деятельность таким образом, чтоб потребитель все-таки видел все важные условия рассрочки и мог адекватно их оценить, и общая долговая нагрузка для него не стала неподъемной.
Хочу отметить, что в этот раз, при обсуждении нашего отчёта, было меньше вопросов по доступности ОСАГО, но всё же эта тема остаётся в центре общего внимания, есть изменения к лучшему. И если в 2022 году полисы подорожали, хотя и не так сильно, как запчасти, то в прошлом году по самой массовой категории подорожания не было. Средняя, средняя стоимость полисов на легковые автомобили, которые используются в личных целях, оставалась на уровне 7 тысяч 400 рублей. То есть реальная цена с учётом инфляции даже снизилась.
Одновременно в четыре раза сократились жалобы на отказы в оформлении полисов. Вы помните, какая это была большая проблема. Это и результат наших надзорных мер за страховыми компаниями, и эффект от перестраховочного пула, куда страховщики отдают, передают потенциально – убыточные полисы.
И крайне важные меры по снижению мошенничества с ОСАГО, которые у нас сейчас принимают региональные рабочие группы, и пользуясь тем, что дистанционно представители регионов здесь есть, хотела бы тоже на это обратить внимание, хотя число регионов с высокими рисками в этой сфере, в сфере мошенничества, сократилось более чем вдвое: с двенадцати до пяти.
И перед тем как переходить к завершению, скажу о том вопросе, который вставал на встречах с фракциями, как политика Центрального банка может повлиять на борьбу с бедностью, на снижение неравенства помимо того, что обсуждается с правительством по налогам, по бюджетной поддержке.
Первое. Возвращусь к тому, с чего начала – это снижение инфляции. Инфляция – это налог на бедных, они больше всего страдают от роста цен, которые съедают и так небольшие их доходы.
Второе. Это усиление защиты людей от чрезмерной закредитованности. И я об этом тоже говорила, здесь мы готовы принимать все необходимые меры.
Третье. Это борьба с мошенничеством на финансовом рынке, так как люди с невысокими доходами оказываются наиболее уязвимыми.
Четвёртое. Это меры поддержки граждан, которые оказываются в сложных жизненных ситуациях – это кредитные каникулы. Ну вот предстоит решить вопрос комплексного урегулирования задолженности, когда человек берёт кредит сразу в нескольких банках и не может договориться о реструктуризации.
Пятое. Надо развивать финансовые продукты специально для людей с невысокими доходами, такие как социальный счет и социальный вклад. Я напомню, что законопроект об этом разработан в соответствии с рекомендациями Государственной Думы по итогам нашего отчета еще за 2021 год, когда ставки были низкие. Людям с небольшими доходами эта инициатива гарантирует возможность получать достаточно высокие проценты и на остаток по карте в пределах до 50 тысяч рублей, и по вкладу на такую же сумму, а кроме того, делать платежи без комиссий в сумме до 20 тысяч рублей в месяц. И по предварительным оценкам этой дополнительной поддержкой могли бы воспользоваться более 8 миллионов человек.
И, конечно, специальные программы финансовой грамотности, которые снижают риски людей, помогают им правильно ориентироваться на сложном финансовом рынке, использовать возможности финансового рынка для сбережения своих доходов, для приумножения их.
Завершая, хочу поблагодарить Государственную Думу, потому что очень много из того, что я сказала, это результат нашей с вами совместной работы. Взвешенная макроэкономическая политика, здоровая и устойчивая финансовая система, законодательство, которое поощряет инновации и защищает потребителей – это работает только вместе. В прошлом году
Государственная Дума приняла 57 важных для нас законов, и мы здесь работаем во взаимодействии с правительством, чтобы наши меры создавали условия для устойчивого роста и экономики, и уровня жизни людей.
Прошлый год невозможно оценивать в отрыве от 2022 года. За эти два года экономика прошла через кризис и набрала мощный импульс для роста. Вместе с вами мы будем и дальше работать над тем, чтобы финансовый рынок создавал опору для дальнейшего роста экономики, обеспечивал её ресурсами для развития.
Я хочу поблагодарить за совместную работу, Центральный банк очень ценит эту совместную работу, мы открыты к диалогам, спасибо за те идеи и предложения, которые от вас поступают,
за вопросы, которые вы задаёте и заставляете нас их решать. И благодарю за внимание.
Уважаемый Вячеслав Викторович, уважаемые депутаты, готова ответить на ваши вопросы. Я даже сэкономила немного времени. Спасибо.
Председательствующий. Спасибо, Эльвира Сахипзадовна.
Алимова О. Н., фракция КПРФ:
– Уважаемая Эльвира Сахипзадовна, Счётная палата выявила, что по льготной ипотеке некоторые граждане покупали от шести до 40 квартир, в том числе элитных, что вряд ли могло произойти без участия сотрудников, а, возможно, и руководителей банков. Те же банки, а не застройщики, забирают себе государственные субсидии и ипотечные ставки. Застройщики находятся на проектном финансировании, и чтобы сохранить привычные доходы, создают искусственный дефицит предложений.
Почти 50, более даже 50 процентов новостроек стоят пустыми, что объективно ведёт к росту цен. Теперь к этому добавился рост банкротств подрядчиков, которым выкручивают руки, заставляя кредитоваться под огромные проценты и выполнять требования банков. Таким образом, на рынке новостроек у нас, с одной стороны, образовался ценовой пузырь, с другой стороны, застройщики, потеряв подрядчиков, будут постоянно сдвигать сроки сдачи объектов, что, конечно же, не устроит и тех людей, которые желают приобрести квартиры, банки останутся с плохими активами.
Какие мены может предложить… (Микрофон отключён.)
Набиуллина Э. С.:
– Спасибо большое, Ольга Николаевна, за вопрос.
По ипотеке.
Первое. Программы льготной ипотеки, когда вы говорите, что несколько квартир сразу применяются, но сами параметры устанавливаются с правительством, мы обсуждаем, и именно позиция Центрального банка была, мы всегда настаивали, что льготной ипотекой человек должен воспользоваться один раз для покупки одной квартиры. Это была позиция Центрального банка, и есть.
Теперь в целом по проблеме. Я разделяю абсолютно вашу озабоченность с тем, что ситуация на рынке ипотеки должна приводить к улучшению доступности жилья, а не ценовым пузырям, потому что выгоды от низких ставок, они не должны съедаться ростом цен, как это происходит. И по сути дела низкий процент, но увеличилась стоимость жилья, и увеличился объём кредитов, и люди тогда должны большие суммы, и это большая долговая нагрузка. И мы видим, что за четыре года вот такой массовой льготной ипотеки средние цены квартир выросли где-то в два раза на первичном рынке, это не увеличивает доступность, а зарплаты и доходы где-то в полтора раза, то есть рост цен на жильё опережает доходы.
И поэтому наша позиция, вы помните, и в прошлый раз мы обсуждали, такая, что льготные программы должны быть адресными, адресными и направленными как раз на защиту тех, кто в них нуждается. При этом надо стремиться к тому, чтобы рыночная ипотека была доступной, без льгот. Я уже приводила пример вот 17-го, 18-го года, когда она начала расти. Для этого как раз нужно уменьшение инфляции.
Что касается ситуации застройщиков. Мы тоже смотрим, безусловно, за ней. В принципе они накопили неплохую финансовую подушку, потому что цены росли, и у них прибыль кратно выросла за четыре года. Мы здесь считаем, что у них есть возможность и для сокращения цен на жильё. Они могут это выдержать.
При этом проектное финансирование, которое применяют банки, оно как раз позволяет лучше контролировать финансовые потоки. И в целом по ипотеке сейчас работает межведомственная рабочая группа, Минфин отвечает за выработку параметров. Мы активно участвуем и, конечно, будем готовы это обсуждать, но нам нужно как раз перейти от массовой ипотеки к адресным, помогать тем, кому это нужно. Спасибо.
Бабич И. Н., фракция КПРФ:
– Добрый день, уважаемая Эльвира Сахипзадовна!
В прогнозах Центрального банка ключевая ставка снизится в рамках полутора-двух лет до 7-8 процентов и будет оставаться примерно в этих значениях, целевые показатели инфляции прогнозируются в рамках 4 процентов на те же периоды. Доходность же выпущенных Минфином облигаций на данный момент составляет 13 с половиной – 13,8 в виде постоянной купонной выплаты сроком погашения в диапазоне 10-17 лет, то есть по некоторым облигациям до 2041 года. По нашим оценкам, это приведёт к огромной дополнительной нагрузке на бюджет и тем самым к необходимости увеличивать налоговую нагрузку на граждан и, возможно, даже к отмене некоторых социальных программ.
Как вы считаете, целесообразно ли выпускать бумаги со столь длительными условиями погашения? Может ли Центробанк каким-то образом помочь Минфину уменьшить количество выпускаемых на такой срок облигаций? И как вы считаете, не создают ли такие выпуски… (Микрофон отключён.)
Набиуллина Э. С.:
– Что касается заимствований, государственных заимствований, решения по ним принимает Минфин, правительство. И, конечно, стоимость заимствований, о которой вы говорите, играет важную роль в принятии этих решений. Но не только это, не только стоимость заимствований, но и необходимость финансирования бюджетных расходов, которые не покрываются его доходной частью или средствами из ФНБ. Насколько мы понимаем, Минфин учитывает рыночную конъюнктуру.
Но что касается формирования стоимости заимствований, то, о чём говорили, уважаемый Иван Николаевич, конечно, на это влияют и ожидания будущей инфляции.
Вот я напомню, что, когда у нас инфляция была вблизи 4 процентов, то инфляционные ожидания были ниже, были ниже. Ставки ОФЗ были где-то на уровне 8 процентов, а сейчас всё правильно, это 13 процентов и выше. Поэтому наша политика по снижению инфляции, она непосредственно влияет на стоимость заимствований и на их доступность.
И, конечно, второй здесь важнейший фактор – это сбалансированность и предсказуемость бюджета. Спасибо.
Матвеев М. Н., фракция КПРФ:
– В России огромное количество людей, более 8 миллионов попали в кредитную кабалу к микрофинансовым организациям: люди разоряются, теряют своё единственное жилье, уходят из жизни от невозможности вернуть кредит. И я думаю, каждый депутат сталкивался с такими несчастными, плачущими людьми, которые приходят к нему на приём и сами не понимают, как они оказались в такой ситуации, потому что сейчас, в соответствии с законодательством, да, эти микрофинансовые организации могут давать кредиты под 300 процентов годовых, при том, что банковские кредиты даются под 30-40 процентов.
Если вы не хотите вообще убрать с рынка эти микрофинансовые организации, то почему бы не ограничить их процент, ну хотя бы для начала в два раза, допустим, до 150 процентов.
Будет ли со стороны Центробанка какое-то движение в этом направлении? Пожалуйста, поясните свою позицию.
Набиуллина Э. С.:
– Уважаемый Михаил Николаевич, действительно, защита прав клиентов микрофинансовых организаций также в фокусе нашего внимания. Я напомню, что с 1 июля 2023 года, то есть еще не прошло года, у нас были снижены потолки для клиентов микрофинансовых организаций, что в день нельзя больше 0,8 процента, а в целом переплата не может составлять 130 процентов. Я скажу, почему это важно, потому что 0,8 процента нельзя просто умножать на количество дней, там получить 292 процента в год, потому что у нас действует вот этот второй ограничитель – 130 процентов от суммы займа, больше не может быть – ни штрафы, ни пени, ни проценты.
Будем смотреть, как работает первый этап и, может быть, принимать и вопрос о следующем снижении. Почему здесь нужно действовать аккуратно? Я не раз это говорила, нам важно не допустить того, что если люди не могут взять кредиты ни в банках, ни в микрофинансовых организациях, они идут на черный рынок к черным кредиторам, которые, к сожалению, еще есть, а там никакой защиты нет, никаких ни потолков, ни лимитов и так далее.
Мы при этом ужесточаем требования к микрофинансовым организациям для того, чтобы у них не было стимулов давать кредиты по повышенным ставкам, мы также устанавливаем лимиты для высокорискованных заемщиков, повышены резервы по кредитам с высокими ставками для того, чтобы и ставки снижались. И, кроме того, мы создали, сейчас создаем условия для того чтобы те клиенты, которым раньше банки отказывали, где меньше процентная ставка, могли получать и кредиты в банках. Раньше они были вынуждены всегда идти в микрофинансовые организации, сейчас мы для банков выделили отдельную категорию людей, у которых доходы или показатель долговой нагрузки может быть достаточно высоким – 60 процентов плюс, чтобы они могли брать кредиты до 100 тысяч до одного года. И вот эти наши изменения вступили в силу с апреля 2024 года.
Ну и на полях хотела заметить, что в микрофинансовых организациях хотя люди берут кредиты, растёт эта доля, но объём пока 400 миллиардов рублей кредитов физическим лицам тогда, как в банках они получили кредитов на 14 триллионов рублей. То есть по сопоставлению этих двух типов кредиторов для наших граждан. Спасибо.
Кумин В. В., фракция КПРФ:
– Уважаемый Вячеслав Викторович, уважаемая Эльвира Сахипзадовна, уважаемые коллеги! Я думаю, что сегодня в последующих выступлениях прозвучит много добрых слов в отношении Центрального банка и справедливых. Но мы хлеб отбирать не будем у других, а как оппозиция, ответственная оппозиция заострим несколько острых вопросов, на наш взгляд, стоящих перед ЦБ, которые необходимо решать. Сразу хочу сказать, что мы готовы совместно решать указанные ниже вопросы и готовы вместе работать конструктивно.
Первый и, конечно, центральный вопрос для экономики – это ставка, которую пришлось поднять во второй половине года. Я бы охарактеризовал это словом – холодный душ для экономики. То есть мы находимся сейчас под холодным душем. Понятно, что есть объективные причины, Эльвира Сахипзадовна говорила о них в своём выступлении, но я хотел бы сказать о субъективной причине, которой, как нам кажется, не должно быть.
Вот представьте себе июль месяц, министр Решетников выступает публично о том, что ему не нравится курс 60, а он бы хотел, чтобы для экспортёров было комфортно и было 80-90. Что начинают в этой ситуации делать граждане олигархи наши? Они начинают делать ставки, как это обычно.
Я вот, например, знаю одну компанию, не буду называть её, которая имела корпоративный долг ноль, а после заявления министра в течение полутора месяцев его довела до 10 миллиардов долларов в рублях по фиксированной ставке 7 процентов. При этом, придерживая валюту, не возвращая её сюда, в страну. 10 миллиардов долларов – вот цена слов министра по этому поводу. А дальше там, где 80-90, там и 100, потому что не одна эта компания так делала, а многие компании.
И, слава богу, вовремя это остудили указом президента, в котором, я знаю, Центральный банк принимал участие, но в принципе эта ситуация недопустима.
И поэтому здесь встаёт вопрос важнейший координации действий Центрального банка и правительства: как мы будем выходить из-под холодного душа? Потому что, как справедливо указала Счётная палата, если продлится два года, то очень снизится процент накопления нормы капитала, и, соответственно, это противоречит всем принципам, которые изложил президент в Послании и в своей программе. Выходить… естественно, стоять под холодным душем долго – это можно себе там всё отморозить. Поэтому здесь мы предлагаем несколько мер, которые должны быть услышаны, наверное.
Первое, как я говорю, координация. И здесь не всё пока гладко, потому что, например, как мы и предполагали, проект таксономии так называемой не заработал, как сказал Анатолий Геннадьевич – “маловато”.
Второе. Три года продолжается дискуссия насчёт банковских гарантий безотзывных, государственных гарантий. Три года! В этот раз Центральный банк изложил на рабочей группе свою позицию. Мы, например, её поддерживаем. Там всего три пункта, что гарантия должна быть платной, гарантия должна учитывать рейтинг и приоритетность, значит, выдачи, и третье – она должна быть срочной, то есть нельзя её сразу предъявить, а можно, например, предъявить через пять лет по окончании срока действия проекта. Разумные предложения, нормальные предложения. Правительство молчит и ничего по этому поводу не сообщает, воз и ныне там. В ситуации высокой ставки это просто недопустимо.
И, конечно, нужен контроль за вывозом капитала. Вот Центральный банк продляет уже несколько раз меру, которая гласит, что человек может перевести на свои счета 1 миллион долларов в месяц. Вот я рисую портрет такого человека. Я не могу понять, кому нужно переводить 1 миллион долларов США в месяц за рубеж на свои счета. Я понимаю, человек поехал в поездку, оплатил 15, 25 тысяч долларов, но не миллион долларов.
Мне кажется, меру надо сократить, она бесполезная, а вместо этого, мы вот рады, что Ольга Васильевна очень занялась так называемым антидроппингом, и вывели крупного игрока, который этим занимался с рынка, и все это знали прекрасно, в трансграничных делах, это большая победа и хорошее достижение.
И мы хотим всё-таки, чтобы вы ещё обратили внимание, что он не один, что есть ещё компания такая же с гражданами США во главе. Мы это в запросе в Центральный банк указали в вопросах, мы надеемся получить ответ. Это… С этим нужно беспощадно бороться, это главная мера, потому что эти дропперы трансграничные, они переводят деньги. Вот это вот самый, так сказать, серьёзный вывод капитала, и с этим мы готовы, так сказать, с вами совместно принять меры, чтобы бороться.
Значит, да, по санкциям, которые ввели на компанию… на карты “Мир”. Встал, конечно, вопрос центральный о том, что нужны QR-коды и нужен единый QR-код, Ольга Николаевна, и здесь как бы мы вас полностью поддержим. И мы считаем, что его надо ввести, потому что у нас и по внутренним расчётам превратились кассы, как, знаете, холодильник, который, так сказать, накрыт там этими, так сказать, как они называются, наклейками, да, магнитиками: вот “Тинькофф”, вот “Сбер”, вот ещё что-то. Ну, смешно уже это становится. Поэтому, конечно, мы ждём закон о едином QR-коде.
И мы хотели просить, чтобы вы поборолись с так называемыми параллельными рынками, о них шла речь. Это рынок платной рассрочки, где потребитель вообще никак не застрахован.
И я хочу ещё отметить один рынок, который получился, да, конечно, мошенники, потому что ну вот женщина врач… заслуженный учитель России, 2 миллиона, мошенники обдурили. Пришла, три минуты – получила кредит. Проплатила деньги, всё, пришла домой – упала. И если некоторые банки помогают, например, назовём прямо, “Сбер” мало того, что отказал, потребовал, что квартиру заберёт. Здесь я думаю, что нужно разбираться службе.
Поэтому вот это недопустимо. И ещё недопустима оказалась ситуация с Санкт-Петербургской биржей, когда более 3 миллионов человек купили иностранные акции, а биржа не позаботилась о защите их интересов. Ну, это… Купить акции “Теслы”, это как для меня в детстве жвачку иностранную купить, все хотят, так сказать. Но должны были предпринять меры в бирже эти деятели. Мер не предпринято, люди пострадали, и я думаю, что мы будем работать над этим с Филиппом Георгиевичем, и по этому поводу Дума приняла соответствующее решение, создана рабочая группа.
И я хотел попросить, чтобы наши представители в Национальном финансовом совете подняли голос, и когда не могут договориться две конституционных, два конституционных органа – правительство и Центральный банк, чтобы наши депутаты возвысили голос и, так сказать… (Микрофон отключен.)
Набиуллина Э. С.:
– Уважаемый Вячеслав Викторович! Уважаемые депутаты!
Я, прежде всего, хочу вас поблагодарить за работу совместную по развитию финансового рынка. Это нужно и для нашего бизнеса и для граждан.
Я два раза в год прихожу сюда на пленарные заседания, и по денежно-кредитной политике, и по отчету, и для меня это важное событие.
Но вся команда Центрального банка в течение года активно работает по разным вопросам, а вопросы у нас многие. И мы очень внимательно, поверьте, относимся к вашим предложениям, идеям, критике, мы понимаем, что за этим стоят реальные проблемы людей, вы их хорошо знаете, вы ездите по регионам. И, действительно, взгляды разные, как сказал Вячеслав Викторович, и мы это тоже всё учитываем.
Нам есть много о чём спорить, но нам, мне кажется, важно понимать, что у нас общие задачи. Всё равно у всех общие задачи, чтобы развивалась страна, чтобы росла экономика, чтобы увеличивалось благосостояние наших людей, и мы будем делать для этого всё возможное, всё, что в наших силах для того, чтобы эти задачи решать, и опираясь на ваш опыт и на вашу поддержку. И Вячеслав Викторович сказал про роль Национального финансового совета, мы, действительно, там встречаемся и обсуждаем разные актуальные вопросы, вот есть вопросы, мы их ставим в повестку, обсуждаем достаточно предметно.
И сейчас, вы позволите, есть буквально несколько минут, я попробую где-то очень коротко на некоторые прозвучавшие уже в выступлениях темы отреагировать.
Анатолий Геннадьевич говорил, и потом Вадим Валентинович тоже это поддержал, роль государственных гарантий, да, что нужно менять их характер, активно применять для поддержки, в том числе кредитований крупных проектов. Мы очень поддерживаем эти подходы и надеемся, что во взаимодействии с правительством сможем это сделать эффективным инструментом. Безусловно, готовы обсуждать с правительством и налогообложение разных долгосрочных инструментов. Мы вместе с вами выстраиваем линейку разнообразных инструментов, которые будут помогать долгосрочными вложениями в экономику страны, и, конечно, её надо всю настроить, мы здесь будем активно работать.
Вадим Валентинович, спасибо большое, что напомнили о нашей, действительно, работе важной. Она раньше была в центре внимания, а теперь отошла на задний план, но тем не менее остаётся, и мы всё время руку на пульсе держим. Это борьба с сомнительными подозрительными операциями, которые выводят деньги из легального оборота, из того, что могло финансировать экономику, на разные подозрительные цели, и мы будем этим заниматься.
Ремарка про Санкт-Петербургскую биржу.
Мы, кстати, заранее начали вводить ограничения, в том числе для неквалифицированных инвесторов, чтобы они не покупали иностранные ценные бумаги. А для квалифицированных был создан механизм, который позволил уменьшить уже накопленные их вложения в иностранные ценные бумаги. Мы всегда понимали риски иностранной юридической инфраструктуры и так далее и предупреждали об этом инвесторов.
Леонид Эдуардович очень правильно сказал о важности национального рынка капитала, долгосрочного финансирования, развитой платёжной инфраструктуры, те вопросы, над которыми мы будем работать. И о реальной доступности ипотеки, пресечении сомнительных практик, которые вводят в заблуждение людей, и тоже будем на это обращать внимание.
Валерий Карлович, про инвестиции. Это тоже… мы понимаем, что для роста экономики, для устойчивого роста экономики нужны инвестиции. Инвестиции должны будут расти быстрее ВВП. Но мы стоим за то, чтобы снижалась инфляция, мы стоим за то, чтобы инвестиции и экономический рост оплачивался не за счёт роста цен, который из своего кармана, за который платят граждане. Нужно инвестировать, нужно найти механизмы инвестировать заработанное. И это, мне кажется, ключевое, когда мы говорим об инфляции, экономическом росте инвестиций.
И, конечно, нужно привлекать с рынка капиталы, многие об этом говорили, и здесь, вы знаете, мы также выражаем обеспокоенность защиты прав миноритарных добросовестных акционеров, которые приобретали акции на бирже.
Александр Вячеславович, мы поддержим подход к льготной ипотеке, она должна быть адресной.
И спасибо большое, что обратили внимание на открытость ЦБ, поддержали это. Даже если с нами не соглашаются, мы стараемся объяснять свою позицию, детально представлять данные. И вы видите наш отчёт очень подробный. Будем дальше работать.
Андрей Михайлович сказал о важности взаимодействия с правительством. Мы по многим вопросам очень активно взаимодействуем, поддерживаем подходы по финансированию роста.
И тоже важная тема, вот практически не обсуждали устойчивость банковской системы.
А вспомните, в прошлые кризисы, чуть что – надо было выделять деньги банкам. Банки сейчас реструктурируют кредиты гражданам и так далее. Не было кредитного сжатия, не было снижения кредитования. И политику мы проводим в соответствии обстоятельствам. Вспомните, у нас была мягкая политика – 4 с половиной процента ключевая ставка во время пандемии, 7 с половиной процентов мы быстро снизили в 2022 году, чтобы поддержать экономику, чтобы она перестраивалась. Поэтому будем делать всё возможное для того, чтобы финансовая сфера, денежно-кредитная политика работала на развитие страны и на рост благосостояния наших граждан.
Ещё раз благодарю за ваши вопросы, предложения, комментарии. Спасибо.
