КОММУНИСТИЧЕСКАЯ ПАРТИЯ
РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Вологодское областное отделение

Какое масло? С нас уже шкуру сдирают!

версия для печати

Руководитель фракции КПРФ в Законодательном Собрании Вологодской области, первый секретарь Вологодского обкома КПРФ Николай Алексеевич Жаравин объясняет, почему угасла слава Вологодчины.

* По данным последней переписи, в области еще числится 8006 населенных пунктов. Из них без людей – 2131 деревня.

* В начале 2000 года у населения было 38 625 коров, а в 2011 году числилось всего 6082 коровы.

Вологодское масло – этот продукт почти полтора века славился в нашей стране и за рубежом. С ним связывалось представление об особенной благодатности природы и мастерстве тружеников сельского хозяйства Вологодской области. Его изобрел Николай Васильевич Верещагин, старший брат замечательного русского художника Василия Верещагина, что, кстати, подчеркивает: наш народ богат талантами, которые создают великолепные творения для всех потребностей бытия и духовного совершенствования.

Богатое разнотравье и умелый труд – источник высокого качества продукции животноводства. В центральной России есть всё, чтобы текли реки богатого витаминами и другими всевозможными полезными веществами молока. Из него получают сливки высшего качества, из которых после нагрева до 97–98 градусов рождается масло с ярко выраженным вкусом и иными отличиями. Например, чистый, хорошо выраженный запах сливок с приятным ореховым привкусом. От белого до желтого цвета однородная плотная, пластичная масса, которая при разрезе блестит. «На здоровье!» – этому традиционному пожеланию полностью отвечает продукт.

Его тогда же по достоинству оценили в крупнейших городах России и Европы. Н.В. Верещагин построил первые молочные заводы. Развитие отрасли дало возможность сто лет назад открыть Вологодский молочный институт, который стал научно-исследовательским центром и кузницей кадров для сельского хозяйства области.

Однако сегодня знаменитое масло нечасто увидишь даже в столичных магазинах. В 1990 году его было произведено 14 тысяч тонн, а в прошлом году – лишь 5,3 тысячи тонн. Возникает мысль: а не свидетельствует ли такая статистика о бедствии и в этом крае центра России?

На этот вопрос отвечает первый секретарь Вологодского обкома КПРФ Николай Алексеевич Жаравин. Экономист сельскохозяйственного производства, в прошлом первый секретарь Вологодского райкома КПСС, а в годы обманного насаждения капитализма – один из организаторов защиты интересов трудового народа, и этим и определяются его оценки.

– В ходе «реформ» село Вологодской области разорено столь же беспощадно, как и во всей центральной части страны. Разрушены крупнотоварные хозяйства, основа высокоэффективного социалистического производства. В 1985 году в нашей области работало 404 колхоза и совхоза. К началу нынешнего года осталось 221 хозяйство. В основном числятся сельскохозяйственные производственные кооперативы или общества с ограниченной ответственностью, а также ряд крупных товарных хозяйств, таких как племенные заводы «Родина», «Красная звезда», «Майский», «Заря», имени 50-летия СССР, и ряд других.

С незапамятных времен обжитую, возделываемую землю прихватизаторы приводят в запустение. В 1990 году область засевала 815 тысяч гектаров, а в прошлом, включая многолетние травы, – лишь 490 тысяч. Бывало и меньше. Причем 200 тысяч гектаров забросили в десятилетие Путина при объявленных «приоритетных проектах» и «государственных программах». В советское время зерновые культуры занимали почти 500 тысяч гектаров, а в прошлом году – чуть больше 200 тысяч, в два с половиной раза меньше.

Вот я вчера был в Усть-Кубинском районе, повсеместно вдоль дороги пырей. Никто и не думал убирать эту траву на сено. Земля одичала.

И при таких растительных богатствах уничтожаются все отрасли животноводства. На начало 1990 года у нас в области было 613 тысяч голов крупного рогатого скота, а в 2010-м – лишь 197 тысяч, в три с лишним раза меньше. Катастрофа, по сравнению с которой ущерб в Великой Отечественной войне был в несколько раз меньше. Около 130 тысяч коров извели теперь, а в войну их поголовье сократилось лишь на 37 тысяч. «Реформы» губительнее вражеского вторжения.

В организациях численность свиней урезали на 109 тысяч голов. Было 14 с половиной тысяч овец, сохранилось всего 118 голов. Только 476 лошадей осталось на всю область, а ликвидировано их 8687. Домашней птицы теперь меньше на полтора миллиона голов.

Динамика одичания сельских населенных пунктов прослеживается и по состоянию домашних дворов. Что особенно показательно, и в годы пребывания Путина на вершине власти, когда всячески подчеркивается значение частной собственности, рост удельного веса хозяйств населения в общей продукции села. Личные подворья, дескать, дают половину продукции животноводства, ставка на них, мол, оправдывается. А в действительности нет оснований для восторгов.

В начале 2000 года у населения было 38 625 коров, а в 2011 году числилось всего 6082 коровы. На всю-то область! Во многих деревнях, пожалуй, стали забывать, как выглядят домашние животные. Например, в Вашкинском районе у 8100 жителей имеется лишь 74 коровы. В Кадуйском районе при населении в 17 100 человек содержат в личных подворьях лишь 33 коровы. Междуреченский район небольшой, в нем живут 6100 человек, у них осталось 73 коровы. В Сокольском районе на 13 тысяч деревенских жителей 84 коровы. В Тотемском районе – 24 тысячи жителей, а во дворах всего 81 корова. Чагодощенский район на 14 тысяч сельских жителей имеет 36 коров. Список можно продолжать.

Всегда у крестьянина корова была опорой быта, за нее цеплялись до последнего. «Реформаторы» отняли силы и средства держать даже корову. Какое уж там вологодское масло, когда в деревне люди забыли вкус и запах парного молока. Ввергнутые «демократами» в нищету сельские труженики стали расставаться с убыточным скотом, со всем домашним хозяйством и покидать родные места, где корни многих поколений предков.

По данным последней переписи, в области еще числится 8006 населенных пунктов. Из них без людей – 2131 деревня. Это 27% от их общего списка. 3228 деревень имеют до 10 жителей, в основном стариков, это еще 40% списка. В сумме две трети уже опустошенных или добиваемых нынешней антинародной политикой деревень. Понятно, что в них не стало ни коровы, ни другой домашней живности, даже курицы.

А власти и горюшка никакого от того, что она лишает народ счастья жить на родной благодатной земле, где на волшебном разнотравье получаются насыщенные всеми целебными веществами молоко, масло, мясо и другие продукты. Потомственные пахари и животноводы лишены теперь возможности использовать богатства своих наследственных полей и лугов. Эти земли захватывают новоявленные господа, самозваные «собственники» плодов народного труда.

Вчера с этим я столкнулся в поездке в Усть-Кубинский район. Местные коммунисты на собрании заговорили о деревне Кочурово на левом берегу очень красивой реки Кубины. Сельскохозяйственное производство здесь полностью уничтожено. И вот от села Устье до границы с Харовским районом (это примерно 60 километров) все земли по обоим берегам реки Кубины проданы. Как выразилась одна из местных жительниц, над рекой по всему району построена «берлинская стена». Заборы из металла высотой в три метра до уреза воды. Местным жителям даже негде причалить на лодке, не говоря уже о том, чтобы ходить свободно по берегу и ловить рыбу.

Продажа земли – это сегодня один из источников местных бюджетов. Вполне понятно, что лучшие сельскохозяйственные угодья расхватывают не для производства, а для паразитических прихотей «новых русских».

Как бы ни превозносили мелких частных предпринимателей в лице хозяев домашних дворов, на деле их толкают к упадку. Они могли оправдывать себя только как подсобные хозяйства населения при поддержке колхозов и совхозов. В нынешних удушающих производство условиях и этой поддержки нет, поскольку бывшие колхозы и совхозы сами подвергаются уничтожению.

Отсюда и общая разруха. Вот Бабушкинский район. В 1990 году здесь было 6475 коров. К началу нынешнего года осталось 153 коровы. В прошлом году от них надоили всего 470 тонн молока. Это 3% от того, что было в 1990 году. На весь район с населением больше 10 тысяч человек.

Такая же картина в Вашкинском районе. Еще страшнее в Вытегорском районе.

Подобных примеров можно привести множество. В 14 из 26 районов области сельского хозяйства нет совсем или оно существует больше на бумаге. Остатки колхозов и совхозов, оформленные под какие-то общества с ограниченной ответственностью (ООО), выживают в основном за счет леса и только для внутренних нужд.

Выручают область сохранившиеся и получившие развитие крупные хозяйства на базе колхозов и совхозов, которые на вершине их успехов были подготовлены к модернизации. Осуществлялась она уже в иных социально-экономических условиях, с ограниченными последствиями для населения, но именно сохранившаяся часть товарного производства несколько выправляет показатели области.

В 1990 году колхозы и совхозы произвели 564 тысячи тонн молока – это самый высокий уровень, на котором устойчиво держалась область. В достатке было разнообразных продуктов из молока и, конечно, вологодского масла. За прошлый год статистика сельскохозяйственных организаций – около 400 тысяч тонн, 71% от высшего достижения. При этом в большей части области, в 14 районах, сельское хозяйство фактически только на бумаге.

Сегодня 38 сельскохозяйственных организаций дают 75% продукции полей и ферм области. Остальные 25% – это вклад прочих 174 предприятий, осколков от разоренных «реформами» колхозов и совхозов. Можно себе представить степень разрухи основной части области. Более или менее благополучные крупные хозяйства находятся в нескольких районах: Вологодском, Грязовецком, Тотемском, Шекснинском и частично в Череповецком. Только в трех районах из 26 производство молока в прошлом году превысило уровень 1990 года. Во всех остальных районах резкое сокращение, поскольку и численность, и продуктивность скота значительно ниже.

Все острее вопрос о государственной поддержке сельскохозяйственного производства, а правильнее сказать, о возмещении селу изъятых у него внеэкономическими рычагами капиталов и оборотных средств. Вот пример из моих наблюдений за время у власти Путина.

Избранный депутатом законодательного собрания области, я знакомился с проектом бюджета на 2005 год. Бросилось в глаза, что на поддержку сельского хозяйства области выделено 520 миллионов рублей, а на управление внутренних дел области – 560 миллионов. Суммы примерно равны. Но на 2011 год было выделено на содержание милиции 2,1 миллиарда рублей, а на сельское хозяйство – всего 870 миллионов.

Но разве эти направления сопоставимы?

То есть за шесть лет финансирование милиции выросло в четыре раза, а поддержка сельского хозяйства за счет средств областного бюджета лишь на 30%. Еще меньше доля из федерального бюджета. У нас в последние годы выделялось на сельское хозяйство около 4% расходной части областного бюджета, что тоже совершенно недостаточно для развития производства, сохранения образа жизни, культуры, истории, физического и нравственного здоровья и самого населения.

Да и откуда взять средства, если уничтожаются производительные силы? Происходит деградация Вологодской области. По данным последней переписи, за десять лет население сократилось на 67,2 тысячи человек. В сельской местности стало меньше на 40,4 тысячи жителей. На уровне 2002 года осталось население только в Череповецком районе. Во всех остальных сельских районах оно резко убывает.

Ухудшились условия жизни. Работы нет. Закрываются школы, медицинские учреждения. Закрыто большинство сельских клубов и Домов культуры, или они работают по неполному рабочему дню. Люди просто-напросто покидают родные деревни и села и уезжают за пределы Вологодской области. До 2008 года они перебирались в райцентры. Там была возможность устроить детей в садик и школу, можно было найти себе хоть какую-то работу.

С 2009 года, в условиях обострения постоянного кризиса насаждаемого у нас капитализма, в райцентрах также исчерпаны последние места приложения рабочих рук. Осталось только бежать из области. Не возрождаются убитые, пользуясь словом Путина, экономика и социальная сфера, не восстанавливаются детские садики, нет условий для создания новых рабочих мест. Местная, областная власть ничего не делает для открытия новых производств.

В какой-то мере спасает промысел – лесозаготовки, лесопереработка, но реализация Лесного кодекса на территории Вологодской области выявила, что мелкие заготовители и переработчики древесины неспособны развернуть высокоэффективное производство и обеспечить занятость населения.

В общем, «реформы» продолжают разрушение села. Составляющие исключение уцелевшие крупные хозяйства дают основание для выводов о политике в свете экономических законов. Например, в итоге приватизации в Грязовецком районе директора стали фактически полными соб¬ственниками сохранившихся колхозов-племзаводов имени 50-летия СССР, «Заря» и других. В основном имущественные и земельные паи были зарегистрированы на них.

Так же и в колхозе «Родина» Вологодского района, которым больше 20 лет руководит Геннадий Константинович Шиловский. Готовятся преобразовать колхоз в открытое акционерное общество, и Шиловский становится фактически единоличным хозяином бывшего самого передового колхоза Вологодской области, которым до него руководил дважды Герой Социалистического Труда Михаил Григорьевич Лобытов.

По иному пути пошли в колхозах-племзаводах «Майский» и «Красная звезда». Здесь более 80% имущественных и земельных паев остается в собственности у работников. То есть это по-прежнему, в полном смысле слова, коллективные хозяйства. Пожалуй, подобных хозяйств было бы гораздо больше, потому что чаще всего руководители забирают в свои руки контрольные пакеты или практически всю собственность под предлогом сохранения целостности и самого существования производственного предприятия.

Немногие уцелевшие хозяйства держатся на плаву, а в редчайших случаях в чем-то добиваются роста отнюдь не благодаря, а вопреки «реформам», только с помощью каких-то исключительных условий. Например, как и другие крепкие хозяйства, колхоз-племзавод «Родина» старается обходиться без кредитов. Тем самым он избавлен от выплаты разорительных процентов, а также от паразитических посредников.

Еще в советское время был создан, пусть частично, полный цикл производства – от сырья до готовой продукции. Все накрутки на стадиях переработки и обращения достаются производителю товара. Например, печеного хлеба из своего же зерна, а также овсяного печенья нескольких сортов. Настоящим кладезем финансов стал выпуск минеральной воды «Вологодская». Колхоз производит 16 тысяч тонн молока в год – это объем двух районов. Столько же и минеральной воды, за счет которой и ведется развитие хозяйства. Реконструкция ферм, закупка современной техники, например дояров-роботов, улучшение породного состава скота, подготовка кадров. Лишившись такой подпитки, все остальные хозяйства влачат жалкое существование и подвергаются банкротству.

Даже в нынешних удушающих условиях сохранившиеся коллективные хозяйства не только выдерживают сравнение с частными, но и показывают преимущества. И в производстве, и в отношениях между людьми, которые сохраняют дух общины, уважение к труду и заботу о благе всех и каждого. Это осознают представители нынешней власти и пытаются разрушительную суть своей политики прикрыть внешним заимствованием публичного чествования людей труда. Конечно, надо поддерживать конкурсы доярок, пахарей, лучшей продукции, владельцев домашних подворий и другие заимствования из советской жизни, чтобы поднимать людям настроение. Но суть политики – жалкие зрелища на развалинах.

В то же время главная ценность мира чистогана в ином. Бывшие руководители в соблазне стать собственниками, в погоне за личной наживой сделали доверенные им хозяйства жертвой правящего курса на уничтожение социалистических предприятий на селе. На их совести все превращенные в прах здания, плоды труда нескольких поколений народа. Кое-кто явно мечтает в старости стать помещиком или рантье на сдаваемой в аренду земле. Завладев находящимися рядом с Вологдой землями, новоявленные латифундисты рассчитывают продавать их под застройку.

Единоличный собственник имущества названного выше колхоза «Заря» продал его московской фирме, а сам теперь в роли исполнительного директора хозяйства. Новые собственники живут в Москве, и в своих интересах они далеки от жителей северной области. Они увозят молоко на московский завод, уничтожая тем самым перерабатывающее предприятие на месте.

Поскольку на большей части области от животноводства остались рожки да ножки, то и молокозаводы в одичавших районах закрыты. Оставшиеся выкуплены дельцами из Москвы и Питера. Только Вологодский молочный комбинат устоял от богатеев. Его фонды по-прежнему в руках трудового коллектива.

Плачевная участь постигла льняную отрасль, хотя десять лет назад была попытка повернуть разруху вспять и сделать нашу область столицей льна. Хотели даже проводить у нас всероссийские ярмарки «Вологодский лен». К сожалению, это был политический пустозвон в расчете на легковерных. Ничего не сделано для возрождения производства и переработки льна. На днях «Советская Россия» сообщила о ликвидации еще одного нашего предприятия – Красавинского льнокомбината. В большинстве районов области льнозаводы закрыты раньше. Не все, правда, разобраны до кирпичика, но машины и оборудование отправлены на металлолом.

Посевы льна сокращены чуть ли не до грядки, в нынешнем году они меньше 9 тысяч гектаров. Поэтому льнокомбинат «Вологодский текстиль» обеспечивается местным волокном всего на 24%. Еще сырье закупают в Белоруссии и других краях, даже в Китае, чтобы комбинат немножко работал.

И это еще один знак беды с сельским хозяйством области. В такой обстановке год назад отмечалось столетие Вологодской государственной молочно-хозяйственной академии имени Н.В. Верещагина, создателя вологодского масла. Замечательный продукт выпускают Вологодский и Череповецкий молочные комбинаты, Шекснинский маслозавод. Фирменное масло отправляют в магазины в привлекательных бочонках, керамической и деревянной таре, которая несет на себе отпечаток края.

Естественно, с этим продуктом наша область участвует во всех сельскохозяйственных ярмарках своей страны и в «Зеленой ярмарке» в Германии. И сегодня вологодское масло по всем параметрам достойно быть на столе самых взыскательных потребителей.

Н.А. Жаравин завершает свой рассказ размышлениями о том, что и более чем вековая слава может превратиться лишь в предание. Как у себя дома, где в подавляющем большинстве сел и деревень уже забыли вид местной коровы, вкус полученных от нее молока и масла.

Как и по всей стране, где и в городах зачастую вместо молока с родных, ныне заброшенных лугов и пастбищ продают «молочные напитки» из порошка с маркой монополий ВТО. С такими консервантами, что прокисание не грозит ни при каких условиях. Вместо сливочного масла нас пичкают безвкусными смесями из концентратов растительного и синтетического происхождения с сомнительными последствиями. «Реформаторы» уверяют, что все добро потечет теперь к нам из Всемирной торговой организации, куда они Россию затащили как корову за рога.
Однако по делам давно видно, что там жаждут спустить с нас шкуру.

Фёдор ПОДОЛЬСКИХ

«Советская Россия», №96, 01.09.2012 г.

 

просмотров: 820

Программа КПРФ



сайт Коммунистической партии Российской Федерации

Время вступать в КПРФ

Дети войны

Интернет телеканал Красная линия

Вологодская Правда

КПРФ ТВ - интернет канал

Онлайн-журнал КПРФ

Интернет-версия газеты Правда   Официальный сайт газеты Советская Россия

Официальный сайт Ленинского Комсомола

Русский Лад - Всероссийское Созидательное Движение





Подписка на ленту новостей

Архив новостей:

Сентябрь 2012
Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
 12
3456789
10111213141516
17181920212223
24252627282930


Наш баннер: